?

Log in

No account? Create an account
.


Моя книга продаётся в зале  выставки Малевича в Музее Современного Искусства в Амстердаме  ( Stedelijk Museum ) и там же в арт книжном павильоне.
.


Книга стихотворений Л. Ходынской на нидерландском языке ( задняя иорона обложки ). Dichtbundel KENMERKEN VAN HET MOMENT. 2012                       ( back-cover )
.                                                                              
Chodynskaja, Ljoedmila, «Kenmerken van het moment».  Gedichten
Pegasus, 2012, Amsterdam, Nederland. ISBN 9789061433651
Vertaling Willem G. Weststeijn.
De illustraties in de bundel Igor Ganikowskij.


29 ноября 2013

Когда на прошлой неделе я пришла на выставку Казимира Малевича ( экспозиция, между    прочим, самая полная за всю историю экспонирования его работ, сейчас они собраны со всего мира, как из музеев, так и из частных коллекций ), мне было трудно поверить своим глазам... Моя, изданная в прошлом году книга стихотворений ( в переводе на нидерландский ) 'Kenmerken van het moment' продаётся на выставке Малевича в Амстердаме в кoмпании с книгами поэтов-футуристов начала 20 века Велимира Хлебникова и Алексея Крученых, переведёнными на нидерландский язык! Переводчик тот же самый, что и моей книги, известный славист, профессор Университета Амстердама Виллем Г. Вестстейн ( Willem G. Weststeijn ).
Поскольку Амстердамский музей модерного и современного искусства ( Stedelijk Museum ) является музеем таки современного искусства тоже, они решили представить к продаже книги на стенде к выставке Малевича не только знаменитых поэтов окружения Малевича, т.е. начала 20 века, но и книгу начала 21 века современного автора ( меня! ), работающего в поэзии в экспериметальном ключе и переведённого на нидерландский язык ( так мне пояснили на выставке ). Что ж, с книгами, как и с людьми, быть в интересной компании радует! И ещё важно, что выставку Малевича в Стеделейк музее посещают гости Амстердама, приезжающие со всего мира.
-

На фотографиях: на стенде книг, связаных с творчеством Казимира Малевича в частности, и далее, с авангардным искусством начала 20 века в целом, моя книга выставлена в компании книг поэтов-футуристов начала 20 века Велимира Хлебникова ( сборник стихотворений, Ка и Зангези ) и Алексея Крученых ( Победа над солнцем ). Ну там справа еще каталоги Шагала, Кандинского, Писарро, Пикассо... ;-)
.

О презентации моей книги 18 окт. 2012

.
Персональный сайт с информацией о книге

.My book 'Kenmerken van het moment' sales on Malevich exposition in The Stedelijk museum Amsterdam/ November 2013
.

Стенд с книгами, представленными в рамках выставки Малевича в Стеделейк музее, Амстердам.

.

Стенд с книгами, представленными в рамках выставки Малевича в Стеделейк музее, Амстердам.

My book sales on Malevich expos. in Stedelijk museum Amsterdam
.
.
Стенд с книгами по русскому авангарду, представленными в рамках выставки Малевича в Стеделейк музее, Амстердам. Вот там в центре и моя книга стихотворений,  на нидерландском языке ( перевод Виллема Вестстейна ).

.

.

.

My book sales on Malevich expos. in Stedelijk museum Amsterdam 032

_______________________________________________________________________________________________________________________________________

_______________________________________________________________________________________________________________________________________

И в настроение 'Wind of Change'





http://song-story.ru/wind-of-change-scorpions/
.

.
Людмила Ходынская,
книга стихов
в переводе на нидерландский язык.
Издательство Пегас, 2012, Амстердам.

.
Фото с ПРЕЗЕНТАЦИИ КНИГИ на нидерл. яз.  “Kenmerken van het moment” в Лювенском Университете Бельгии, 18 октября 2012.
ПРЕЗЕНТАЦИИ КНИГИ  (нидерл. )  Людмилы Ходынской  “Kenmerken van het moment” в Лювенском Университете, в Бельгии.
Фото с ПРЕЗЕНТАЦИИ КНИГИ на нидерл. яз  “Kenmerken van het moment” в Лювенском Университете, Бельгии, 18 октября 2012
На фото слева направо: Людмила Ходынская, Виллем Вестстейн (почетный профессор Университета Амстердама, переводчик книги ), Татьяна Солдатенкова ( профессор Университета Лювена, представлявшая поэтессу аудитории ), Маартен Хореман ( славист, доктор руск. лит-ры ).

.

...
.

.
Анонс о презентации моей книги в предыдущем посте

Информация о книге, издателе, переводчике, художнике и фото обложки

Книга в центральном книжнем магазине Амстердама Атенеум Athenaeum

Один из книжных Интернет-магазинов, продающих мою книгу “Kenmerken van het moment” ( на русском значит 'Свойства мгновения' ).

Книга  “Kenmerken van het moment” на английском сайте Amazon.co.uk

мой Сайт

.





Презентация моей новой книги

.
.

University Leuven, Belgiё



























                                                                                          Университет Лювена ( основан в 14 веке )

Университет Лювен ( Фландрия, т.е. нидерландскоязычная часть Бельгии ) анонсирует  поэтический вечер-презентацию моей новой книги стихотворений 'KENMERKEN VAN HET MOMENT', переведенной на нидерландский язык Виллемом Г. Вестстейном, и оснащённой иллюстрациями работ художника Игоря Ганиковского ( Германия ), вышедшей в мае этого года в Амстердаме, в издательстве Пегас.

На русский язык название книги переводится как 'Свойства мгновения'.


Ljoedmila Chodynskaja. Dichtbundel KENMERKEN VAN HET MOMENT. 2012,   Л. Ходынская, Книга стихов. СВОЙСТВА МГНОВЕНИЯ в переводе на нидерл. яз. 2012










Обложка - иллюстрация картины "Двое" художника Игоря Ганиковского.


Почему первая презентация книги в Бельгии?
Лювенский Университетет был моим первым Западноевропейским Университетом, куда я была приглашена для поэтического выступления в 1993 году, и после этого я читала там курс лекций о современной русской поэзии, и уже годом позже, в 94-м, а позже, и в 95-м и 96-м, я выступала и читала лекции по современной русской поэзии и русской поэзии начала 20-го века в Университете Амстердама ( Нидерланды ). Также были выступления в высших школах Брюсселя и Антверпена ( Бельгия ) и г. Гронингена ( Нидерланды ). 

В предыдущем посте см. подробности о книге, издателе, переводчике, художнике и фото обложек книги.

Ниже анонсы о презентации.
                    -------------------------------------------------------------------------------------------------
Anonce of presettation OF my book KENMERKEN VAN HET MOMENT on 18.10.2012 in Universiteit Leuven, Belgie
Kalender — Centrum voor Russische Studies-1
.

И здесь фламандский портал Фландрия приглашает на мой поэтический вечер-презентацию
.
Презентация будет проходить по адресу:
Universiteit Leuven, Erasmushuis, Blijde-Inkomststraat 21, 3000 LEUVEN, Belgiё.
Начало в 19:00
.

В предыдущем посте подробности о книге, издателе, переводчике, художнике и фото передней и задней сторон обложки
.
Книга в центральном книжном магазине Амстердама 'Атенеум' ATHENEUM

.



В мае этого года вышел мой новый сборник стихотворений
в переводе на нидерландский язык.
Книга называется
Kenmerken van het moment ( рус. Свойства мгновения).
Перевод всей книги сделал нидерландский славист, профессор Университета Амстердама Виллем Г. Вестстейн ( Willem G. Weststeijn ).
Сборник снабжен иллюстрациями работ художника Игоря Ганиковского ( Германия ).
Обложка - работа Игоря Ганиковского "Двое".


Издательство Регас, 2012, Амстердам, Нидерланды



Ljoedmila Chodynskaja              Людмила Ходынская

Kenmerken van het moment                
Свойства мгновения
.
.
.

Ljoedmila Chodynskaja. Dichtbundel KENMERKEN VAN HET MOMENT. 2012,   Л. Ходынская, Книга стихов. СВОЙСТВА МГНОВЕНИЯ в переводе на нидерл. яз. 2012


nbsp;                                       Обложка, передняя сторона..
nbsp;                                                                                               .
                                                                                                   .
                                                                                                   .
                                                                                                   .
.                                                                                                  

                                                                                                                                                                                                                                                               

Книга стихотворений Л. Ходынской на нидерландском языке ( задняя иорона обложки ). Dichtbundel KENMERKEN VAN HET MOMENT. 2012                       ( back-cover ) nbsp;                                                                                                                              
                                                                                                                                             Задняя сторона обложки
.
.
.
Книга продается во всех книжных магазинах Kоролевства Нидерланды
и в Инет-магазинах: Амазон (Amazon. co.uk , Amazon.co.jp )
и многих других в Нидерландах, Германии, Бельгии, Франции,

Google books

http://www.internetboekhandel.nl/titels/Ljoedmila--Chodynskaja-Kenmerken-van-het-moment/306/9789061433651.htm#9061433657

Книга в центральном книжном магазине Амстердама 'Атенеум' ATHENEUM



В амстердамском (Нидерланды) журнале Славянская литература Tijdschrift voor Slavische Literatuur в ноябрьском выпуске ( N 56, 2010) опубликована подборка из 9 моих стихотворений в переводе на нидерландский Виллема Г. Вестстейна (Willem G. Weststeijn). Подборку предваряет статья Дениса Иоффе о моём сборнике стихотворений Маскарад близнецов, вышедшем в 2008 году в Москве в Русском Гулливере.







В ноябрьском выпуске ( N 56, 2010) нидерландского журнала Славянская литература 
Tijdschrift voor Slavische Literatuur опубликована моя статья ( в переводе на нидерландский ) в память о поэте и друге Алексее Парщикове.
Материал в полтора разворота журнала с двумя стихотворениями Парщикова в переводе на голландский Виллема Г. Вестстейна.
Статья была подготовлена к апрельскому выпуску журнала и должна была быть опубликована к године со дня смерти Алексея Парщикова, но номер журнала, так вышло, был выпущен только сейчас. 
В статье я пишу об Алексее Парщикове поэте, друге; два стихотворения Сад друзей и Лиман завершают материал.




Авангард не авангард


Авангард не авангард
Общие размышления о ярлыках в поэзии

Во множественных литературоведческих и лингвистических исследованиях, в учебниках по стихосложению, рефератах второй половины 20-го века и всех их перепевках последующими авторами, стали появляться суждения о поэтической форме стихосложения, окрещиваемой Классическая, где под этим определением указывается силлабо-тоническая модель стиха.
Не исконные стихотворные формы русской поэзии, как свободный метрический стих, фольклорная, нарративная поэтика, с их природной интонационной особенностью и ритмикой русского языка, но силлабо-тонический тип стихосложения, заимствованный в 18 веке с Запада, из немецкой языковой ритмики Ломоносовым и Тредиаковским.
Под общим кличем Реформаторство в Петровские времена настойчиво внедрялась в русское поэтическое пространство чуждая для русского языкового ритмического строя новая, другая ритмика стихотворчества, взятая от рациональных немцев.  Поэтическая модель, которая отличась по своему дыхательному ритму от исконной русской стихотворной формы с её свободным, внутренним метрическим сложением.
Первая русская ода была написана в силлабо-тонике в 1741 году М.В. Ломоносовым. До него Тредиаковский уже осваивал эту форму стихосложения, пожив сначала в Голландии, а потом во Франции, также и Ломоносов, в Голландии студенчествовал в Лейденском университете, жил в Германии, и оба, изучая языки, изучали и европейскую новейшую литературу. Ломоносов пишет  Хотинскую оду, заимствовав немецкую модель стиха. Он использовал заготовки ритмических строк немецких поэтов, сделав их заполнение на русском. Это одно из первых стихотворных произведений, заложившее основы силлабо-тонического стиха в пространстве русской поэзии, начиная с эпохи Просвещения.  И хотя проникновение чужой модели стихосложения в русскую поэзию потихоньку начиналось уже и раньше, всё-таки Тредиаковским и Ломоносовым она явно была представлена в середине 18-го века в их произведениях. То есть, очевидно, что силлабо-тонический тип стихосложения 300 лет назад был авангардным для русского поэтического пространства.
Радищев критиковал те нововведения за внешнюю ритмику стиха с её заданными ходульными размерами, за отход от исконности русского поэтического строя, за вычурность и неестественную природу рифмованной модели. Пушкин тоже критиковал, но легче, будучи сам вовлечён в тот авангард. Но не в этом дело. Не имея здесь задачи отрицать саму силлабическую форму в целом, хочется напомнить, что речь в этой обобщённой заметке заведена лишь о подтасовке ярлыков, определений, массово навязываемых обоими противоположными лагерями приверженцев двух основных поэтик - исконной русской и привитой немецкой.
Новая для 18-го века, так сказать, авангардная силлабическая форма стиха разрабатывалась в России 200 лет, до начала 20-го века, пока такие поэты, как, например, Андрей Белый не задали опять свободного, индивидуального дыхания русскому стиху, вернувшись к свободному типу стихосложения с внутренним метром, а не внешней  рифмой. Можно ли называть Белого авангардным поэтом для начала 20-го века? Он только лишь вернулся к истокам русской модели поэтики.

Не мудрено, что при советском тоталитарном режиме идеологами от литературы была навязана, пущена в широкий ход именно ритмическая форма стиха. За советскую эпоху силлабо-тонический тип стихосложения достиг своего эстеблишного апогея. Писать рифмовки в ямбе и хорее, с женскими, мужскими, бесполыми и прочими рифмами научились все. Подчиняя свой собственный ритм биения сердца под указанные руководилами от поэзии метрические частотные заготовки, многие авторы, таким образом, становились, кто больше, кто меньше, но в итоге, всё равно, поэтами-копиями. Сторонником ритма в стихе, рифмы был, к примеру, известный советский учёный, литературоведческий авторитет Б. В. Томашевский.                        Силлабо-тонический стих пропгандировался в школе, выдавался в народ примерами на известностях, специально штампуемых и раскручиваемых для этого дела советским литературно-идеологическим рупором; патетически организовывались большие аудитории и даже стадионы с выступлениями рифмопишущих поэтов и, соответственно, только рифмованный стих поощрялся издательской советской братией.    
Одинаковый для всех ритм дыхания вводился повсеместно, индивидуальные ритмы автора, отражающие его эмоциональный и мысленный настрой, двухсотлетними усилиями идеологов были вытеснены из русского поэтического поля. А привиты выхолащенность стиха и, в общем-то, безиндивидуальность автора посредством установленных, небольшого набора рифмованных форм. Заставить всех дышать в заданных вибрациях, частотах ( ведь стихи заставляли заучивать наизусть с детства согласно советской строгой школьной программе, всех поголовно! ) походит чуть ли не на задуманную кем-то кодировку всего русского генотипа. Подчинить людей ходить безмозгло строем и петь назойливо ритмичные, мажорные гимны кому-то было нужно. А немцы, те действительно в этом преуспели.
 
Рассуждения о том, что авангард в поэзии, а что традиция выглядят безсмысленными в этой связи, и, в какой-то степени, аферистичными, с очевидно намеренным конфузом исторических этапов в русском стихосложении. Возвращение к древним истокам русской поэтики, пусть даже с привнесением в неё некоторых модификаций, не может, по определению, считаться передовым, новым шагом. Форма свободного стиха не является авангардной для русской поэзии. Возврат к свободному дыханию в стихе есть скорее нежелание русской поэзии, в лице её творителей, идти на поводу у насильственно внедрённой немецкой модели поэтики, нежелание дышать навязанными, чужими языковыми ритмами в сотворении поэтического русского слова.
Кличи о русском поэтическом авангарде, шумно провозглашавшиеся к концу 20 века в России, были не более, чем акцией. На самом деле был осуществлён возврат в исконное лоно русской поэзии - свободный или метрический стих. Провозглашён был не авангард, а отказ от него, отказ от силлабо-тонической модели, насильственно внедрённой и удерживаемой в поэтическом русском пространстве 300 лет.






Андрей Андреевич Вознесенский. Ушёл из жизни ещё один поэт. Но остаются его стихи и в них поэт пребудет. Но, увы, всё-таки физического присутствия обаятельного и умного собеседника, дворянина духа мы уже будем лишены. Хотя...

В такие моменты неотступно приходит мысль о том, что смерти ведь нет, но есть навязываемый нам образ мышления о существовании смерти,.. нам об этом говорят и здeсь и там, мы знаем о чьей-то смерти от сообщаюших нам об этом людей, из других самых различных источников, слышим сообщения, в которых сообщается, что смерть у того-то и того-то наступила тогда-то, ну и, в итоге, укореннённый архетип становится частью реальной жизни, т.е мы начинаем видеть реалистичные картины ухода из жизни близких и знакомых людей.
Культы, обряды, глобальная информационно-религиозная доктрина на тему смерти во все времёна и у всех народов, в целом культура, наконец,.. все эти источники усердно трудятся над тем, чтобы заставить нас верить в то, что мы непременно умрём, что в целом это неизбежно, будто бы непременно настанет такой момент, как смерть, являющий собой завершение жизни. Нам это усиленно внушают, если не сказать точнее, вдалбливают. И закостеневший образ становится плотной реальностью, физической явью.
Чепуха! Не думайте, как люди. Не думайте так, как думает человек, не думайте, как вас склоняют думать и вы никогда не узнаете смерти.

Вознесенский в своей подчёркнутой творческой мажорности и элегантной ироничности содержал обертон высокого видения, за это он мне нравился. При этом не могу не сказать, стихи его мне не были чрезвычайно близки или интересны, только, пожалуй, некоторые, очень немногие. Я не верю в поэзию-трибуну какого-либо назначения. У поэзии нет назначения. Истинная поэзия, скорее, сублимирует личный человеческий опыт, но не служит средством отражения этого опыта, пусть даже и через удачно найденные автором поэтические находки, какими бы умелыми они ни были. Последнее мне представляется ремеслом, и именно в этом аспекте я видела творчество Вознесенского, как интересного, значительного уровня мастера.
Но случай мне подарил с ним личное знакомство и несколько запоминающихся встреч. По большинству в Москве, а в 1994 я случайно встретилась с Андреем Андреевичем в Роттердаме, голландском городе, помимо прочего известным своим Международным поэтическим ежегодным фестивалем, проводимым там вот уже более 30 лет. Меня случай забросил с друзьми на это мероприятие в качестве слушателя, хотя я надеялась показать и, возможно, подарить двум голландским поэтам, с которыми я была немного знакома, маленький поэтический сборник с включёнными в него моими стихотворениями. Но обернулось несколько по-иному, я встретила там Андрея Андреевича, мы уже были знакомы с Москвы, когда я однажды участвовала с поэтическим выступлением на вечере (1990), который вёл Вознесенский во Дворце Молодёжи. Тогда, перед выступлением, я увидела за кулисами тоже выступающего на вечере поэта Алексея Парщикова, мы стояли разговаривали, и он представил меня подошедшему мэтру. Завязалась беседа, и с первого момента я была удивлена и впечатлена непринуждённостью в общении, и тактом Андрея Андреевича. И вот опять, несколько лет спустя, я, увидев его в зале гостей роттердамского фестиваля, и спросив, Андрей Андреич, вы меня помните, сразу услышала, ну, ещё бы, как же, а отличный тогда вечер у нас получился в Молодёжном... и мы проговорили не знаю сколько времени, час наверное, пока не заметили, что гости стали расходиться, приём перед фестивалем заканчивался. Я рассказывала ему наперебой о графически оформленном сборничке с моими стихами, который сам издал тиражом 300 экземпляров художник-график Виктор Корольков, которого я знала по издательству "Книга", где раньше работала, рассказывала Андрею Андреевичу о полной, на мой взгляд, трансформации в сегодняшней поэзии, о девизе моей поэтической группы, которую я создала, и о том, что его поддержка в "Молодёжном" тогда  придала мне нужную уверенность. Андрей Андреевич, как ни странно мне было это видеть, слушал с интересом и подробно распрашивал меня обо всём, и тоже рассказывал о своей фестивальной коллизии, ведь его пригласили в последний момент в Роттердам на Поэтический фестиваль, так как им была нужна замена вместо приглашённого Бродского, не смогшего приехать из-за недомогания. В конце беседы Андрей Андреевич сказал, пообещай, что придёшь завтра на моё выступление, к тому же, книжку я твою со сцены представлю залу, дело затеяла хорошее... Я была на седьмом небе от радости, что с ним повстречалась, сказывалась тоже и нехватка общения, ведь я тогда уже год выступала и читала лекции в университетах и славистских институтах Бельгии, и ни с одним русским, и, тем более поэтом, не общалась, о ужас!, уже больше года. Вот и получилось, один экземпляр моего сборничка я вручила русскому поэту Андрею Вознесенскому, другой - голландскому поэту Блюму.
На следующий день я увидела Андрея Андреевича в совершенно модном светлом костюме с, как всегда он носил, цветастым шарфиком на шее, и в настроении, сравнивым, разве что только с чрезвычайной приподнятостью духа артиста перед выходом на сцену. Я подошла перед его выходом пожелать тривиальное, но необходимое "ни пуха..." и нас в этот момент усадили для фотографии мои голландские друзья-слависты. Это фото выкладываю здесь в память о роттердамской встрече с Андреем Андреевичем Вознесенским.
Да, на сцену роттердамского поэтического фестиваля выходил именно русский поэт и артист. Несколько слов о современной русской поэзии, затем видиомы, выступление яркое, мастерское, умное и точное. Это было на сто порядков выше, чем то, что я видела в Москве, даже когда он выступал не раз в зале Чайковского на Маяковской. Зал Роттердамского международного поэтического фестиваля грохотал овациями Вознесенскому.



.
.
.
.
.
.
Из поэмы Алексея Парщикова "Мемуарный реквием"

......

11.

И властью моря я созвал
имеющих с тобой прямую связь,
и вслед тебе направил их в провал:
ходи, как по доске мечтает ферзь!
Координат осталось только две:
есть ты и я, а посреди моргая,
пространство скачет рыбой по траве.
Неуловима лишь бесцельность рая.
Пуст куст вселенной. Космос беден.
И ты в кругу болванок и основ
машиной обязательной заведен.
Нищ космос, нищ и ходит без штанов.

12.

Как нас меняют мёртвые? Какими знаками?
Над заводской трубой бледнеет вдруг Венера...
Ты, озарённый терракотовыми шлаками,
кого узнал в тенях на дне карьера?
Какой пружиной сгущено коварство
угла или открытого простора?
Наметим точку. Так. В ней белена аванса,
упор и вихрь грядущего престола.
Упор и вихрь.
А ты - основа, щелочь, соль...
Содержит ли тебя неотвратимый сад?
То съежится рельеф, то распрямится вдоль,
и я ему в ответ то вытянут, то сжат.

------
<>



3 апреля 2010 - год, как Алёши Парщикова нет с нами. А перечитываешь письма, и он такой же живой, полное его присутствие.
Мне помнится много давних различных выступлений, встреч, сборищ с Алёшей и общими друзьями. Один вечер в памяти остался симпатичным впечатлением. Это была послевернисажная вечеринка у кого-то в мастерской после выступления Жени Дыбского, Игоря Ганиковского ( Боря Морковников и Захар Шерман, кажется, тоже были ) и Михаила Эпштейна со своими теоретическими текстами в ЦДХ на Кузнецком. Художники заявляли о своих манифестах, а Эпштейн на листочках развесил в холле свою филологическую теорию. Был тогда год, кажется, 1985, и это были первые прорывы художников сквозь тяжелую стену официоза в искусстве. После выступления в Доме художника все повалили к кому-то (уже не помню) в мастерскую в центре Москвы, довольные и возбуждённые.
Мастерская была большая, играла громко музыка, много разговаривали, много было народу. Как-то очень скоро часть компании отделилась на кухню, уселись, потягивали вино и попросили Лёшу почитать стихи. Просили его читать поэму Деньги, почти все, кто был вокруг. Лёша читал поэму, потом ещё стихи, я помню тишину слушавшей компании и неспешность его чтения. Ещё хорошо помню необыкновенно свойскую атмосферу того момента и, одновременно, приподнятость небес у каждого присутствовавшего за плечами.
Потом было много танцев. Танцевали многие, другие застревали группками в дискуссиях, третьи смотрели картины хозяина мастерской.
И вот в одной из комнат, куда я убежала от танцев, несколько человек тихо разговаривали и негромко играла музыка, было прохладно и не людно. Туда тоже вошли Алёша Парщиков и Оля Свиблова. Через минуту, уловив очень стильную рок-джаз музыку, они, как-то не сговариваясь, подошли друг к другу, начали танцевать что-то вроде медленного рок-н-ролла и я не могла оторвать глаз от того изящества, непринуждённости и слаженности, которыми были наполнены их движения и, вообще, танец. Я подумала в первую секунду, где они научились так слаженно и привлекательно танцевать,.. они наверное специально учились или долго репетировали, мелькнуло в голове следом. Но через три минуты мне стало очевидно, что оба партнёра в танце обладают исключительными слухом, чувством такта и грациозностью, и, как завершение, несравненным изящным умением импровизации во взаимодействии друг с другом. Чувствовались стиль и класс, и очень живая вовлечённость в то, что они делали. Я была заворожена. В этой большой компании так никто не умел танцевать. И что было особенно симпатичным, они танцевали для себя. Их никто фактически не видел, присутствующие были заняты кто чем.

Алёша был элегантным человеком, со вкусом и врождённой культурой, и необыкновенно творчески притягательным. Мне хочется помнить Алёшу именно таким, как в те далекие уже годы, непринуждённо танцующим и счастливым.



=======

Катя Дробязко, последняя жена, ныне вдова Алёши, прислала сообщение, что сегодня состоится открытие памятника Алексею Парщикову на его могиле на кладбище Кёльна.
Вечная, вечная память.

=======



Здесь некоторые фотографии с Алёшей Парщиковым и некоторые из его писем мне. Более длинные и содержательные его письма о поэзии, философии, жизни выложу, возможно, когда-то позже. А пока просто чисто человеческие.



Эти два фото я сделала на выступлении Алёши Парщикоа в Чеховской билиотеке в Москве в 1995г.



Алёша приезжал выступать в моём проекте "Нидерландско-русские поэтические салоны" в 2000г.



После выступлений на международной научной конференции "Мерцающий авангард", где состоялась презентаци моей книги стихов с предисловием Алексея Парщикова, изданной "Русским Гулливером".
Последний раз, когда я видела Алёшу.



Алёша в зале конференции "Мерцающий авангард". Фото М.Схутте
----


ПИСЬМА



kiss you!‏

From: alexei parshchikov (synti...@netcologne.de)
Sent: Saturday, April 26, 2008 1:50:21 PM
To: Ludmila Khodynskaya (poetry...@hotmail.com)


Целую Близнеца!

Ты, наверное, устала, ведь у тебя были ещё "гулливерские дни". Хотя дальше
начались, я надеюсь, музейные походы без тебя.

А НАШ день был просто великолепен. И артистичен, и многослоен по смыслам.
Такая редкость.

Книги я ещё буду читать внимательно — пока не открывал, только в поезде
(дорога обратно промелькнула). А действительно близко — 2 ч. 37 мин.,
словно пересечь Москву в обе стороны, что бывает в один деловой день.

Жаль, не пообщался с художником, но как я сейчас общаюсь? — ты видела.
Подождём, пока я перейду на собственный голос. И с Виллемом Вестстейном можно бы поговорить. Если достану лишний экз. "Рай медленного огня" НЛО, подарю ему — это важнее, чем стихи для его восприятия.

Гулливерам (Месяцу) впервые понравилась Европа. Европа многообразнее США. А мне понравились все трое гостей.

И, конечно, ты и Marianne. Атмосфера, какая бывает при максимальном понимании.

Какие приключения ещё последовали?

Завтра православная Пасха. Христос Воскресе! Я уже пережил этот праздник по здешншму календарю. Невозможно общие праздники отмечать отдельно, а приходится со всем миром, хотя и календарь другой. Но всё равно я чувствую снова силу евангельских событий. Кто не чувствует ещё временных повторов, так это Матвей. Он радуется без устали. Болтает уже вовсю, охотно считает — всё же ему 2 года и 1 месяц! Учится читать по–русски по слогам. Считает — на двух языках.
Катя передаёт тебе приветы. Хорошо, что вы познакомились. Даже чисто
информативно. Спасибо тебе.

Ещё раз целую —— твой Алёша (и Катя присоединяется).

______


sounds perfect!‏

From: alexei parshchikov (synti...@netcologne.de)
Sent: Friday, April 18, 2008 8:12:28 PM
To: Liudmila Khodynskaya (poetry...@hotmail.com)


Милая Люда, как хочу тебя видеть! Да, созвонимся, и я ещё тебе напишу.
К выступлению мы точно подгребём к месту. А м. б. и раньше повидаемся...

Целую, твой Алёша

_______


Fwd: dates, time, Schiphol‏

From: alexei parshchikov (synti...@netcologne.de)
Sent: Friday, April 11, 2008 4:40:18 PM
To: Ludmila Khodynskaya (poetry...@hotmail.com)

Люда, Люда, Люда, спасибо за скорый ответ! Наверное, 22 приедем, а уедем 23–его, т.к. Матвея оставить можем на один день только. Тогда заночуем у Вильямa в ателье, как предлагает Мэрианн.
Я бы хотел присутствовать на презентации твоей книги. Пока есть билеты сравнительно недорогие, но тут каждый час важен — они предупреждают, что их может не быть.
Вот что я сегодня получил от Таврова:

Begin forwarded message:
From: Андрей Тавров
Date: April 11, 2008 11:29:52 AM GMT+02:00
To: "alexei parshchikov"
Subject: Re: dates, time, Schiphol
Алеша, дорогой, привет!
Мы будем в Амстердаме 20-го поздно вечером. Хорошо бы повидаться, мой дорогой. Тем более, что мы надеемся привести с собой новые книжки - Люды Ходынской, Вадима Месяца и мою (Ахашвероша). Мы едем через Брюссель, потому что приглашения из Голландии запоздали и поэтому дадим благословенный круг. В Европе я бывал мало и для меня все интересно.
Обнимаю и, надеюсь, до встречи.
Твой А.

-----


(No Subject)‏

From: alexei parshchikov (synti...@netcologne.de)
Sent: Friday, April 11, 2008 9:21:47 PM
To: Ludmila Khodynskaya (poetry...@hotmail.com)


Люда, дорогая,

Книжку они привезут... Надеюсь, надеюсь. Поскольку я немой пока (чисто
немец), выступать мне не нужно (и без того не люблю сцену с некоторых пор). Моя задача. Сделать несколько фотографий, для чего я возьму Хассельблад (широкий формат) и штатив. Походить по городу, заглянуть в музей, если они захотят. Пообщаться (молча т.е. и желательнио издали), со славистсой элитой — пожать руку Виллему Вестстейну (подарю ему книжку, например). Светскости во мне сейчас ноль. Я в платках, салфетках и вполне приличный, когда просто сижу и смотрю вдаль.
Есть утренний поезд из Амстерадама, время в пути 2 часа 37 мин., так что на следующий день мы уедем и к полудню уже будем в Кёльне, у себя.

Lip you tenderly —— Алёша

-----

current, the 1st of April‏

From: alexei parshchikov (synti...@netcologne.de)
Sent: Tuesday, April 01, 2008 10:56:58 AM
To: Ludmila Khodynskaya (poetry...@hotmail.com)


Люда, милая, спасибо, я выздоравливаю, но в "немых" я буду ходить ещё долго. Я в апреле ещё привязан к клинике по полной программе, но м.б. вырвусь на
день и ночь (чтоб не гнать в один день обратно, поезда выходят обидно рано
из Амстердама). Всё будет зависеть от моего самочувствия. Вчера написал Kутику (он, бедняга, тоже, лежал в больнице) и тот ответил, что если б в мае, то и он бы подгрёб на дешёвом билете в Европу дня на три. Ну, что ж, апрель, значит, буду ориентировать себя на апрель.
С книгой будет всё в порядке. Они выпускают всегда в связке, несколько книг (обьяснения тут финансовые). Сейчас такая "связка" готова. Там будут берлинский Дима Драгилев (я его рекомендовал, он поэт, переводчик, джазмен, теоретик), и ещё кто–то мне не известный.

Напишу скоро и Мэрианн.

А тебя целую нежно,

Твой Алеша


------



the book‏

From: alexei parshchikov (synti...@netcologne.de)
Sent: Friday, November 02, 2007 2:29:49 PM
To: Ludmila Khodynskaya (poetry...@hotmail.com)

Люда, дорогая,

Прости, я долго высвобождаюсь из московских закрутов, и ещё в процссе.
Книгу прочитал, книга — есть. И получил письмо от Андрея Таврова, где
тот говорит, что книга — есть, что издавать он её собирается. Кажется,
там несколько книг впереди.
Андрей мне скажет, что я должен делать: я напишу предисловие, если
нужно (какой у них формат — с предисловием или без, он скажет).

Книга твоя написана "поэтическим" языком, т.е. языком, с которым
ассоциируется поэзия. Это и плюс и минус. Можно и не выходить за пределы
специфического языка, надо только помнить, что это один из языков, а
образы художественные живут преображением любого из имеющегося, наличного материала. Я сам стремлюсь не к условному языку, а к безусловному, содержащему в себе достоверность, но мне это не всегда удаётся, увы.

От книги остаётся сказочное ощущение.
Но подробнее тебе буду ещё писать.
Сейчас просто пару слов, о том, что прочитал, что издатель не дрогнул и
будет издавать, что всё это замечательно.

Обним и поцелуй,

Твой Алеша


---


From : alexei parshchikov
Sent : Saturday, February 24, 2007 11:21 PM
To : Ludmila Khodynskaya
Subject : miscellaneous

Милая Люда,

Спасибо, что ты мне позвонила — мне было тепло и я полон желания говорить дальше.
Вот координты Андрея Таврова. Естественно, я ему напишу, что был бы рад написать страницу предисловия к твоей книжке. И объясню, почему. А может, вы вообщще подружитесь? Андрей поэт, философ.
Я написал следующее К. А. и Лене. Пусть твоё знание этого текста останется между нами, пусть я войду в заговор с тобой, но мне действительно неприятно видеть, как его ломает вся эта околохудожественная риторика, политика, чёрт знает что. Премии какие–то... Смешно.
"... Но я думаю, что их (комитета Нобелевской премии) римский трезвый характер переживёт наше византийское мышление... и представление о существовании порядка номинаций, которого именно что счастливым образом нет у этой премии (есть номинирование, например, у Оскара, у Букера и т.д., а они никого сами не выдвигают, а только рассматривают другими вывдвинутых кандидатов и то тайно) ... ведь они люди без чувства юмора и присуждают свои премии или холодным рационалистам или по заданию, как это выяснилось недавно в истории Пастернака. Последняя меня ужаснула, и если бы о ней не писала американская радиостанция (московское отд. "Свободы"), я бы думал, что сочинили в очередной раз в Кремле. Честно скажу, что я зачерствел к этой премии после такой дефамации. В жизни я пока что встречал 8 человек, которых выдвигали (никто не получил) на эту "должность". Люди, на сколько я их чувствую, посмеиваются над этой процедурой и продолжают работать.

Цитирую Петра Вайля, человека знающего:
"Все остальные премии – забава для публики, превращение искусства в спорт. Когда устраиваются предварительные забеги, четвертьфинал, полуфинал и т. д. Нобелевская премия сваливается на голову неизвестно откуда неизвестно кому. Когда пишут в прессе: «Был номинирован на Нобелевскую премию» – это вранье. На нее никто никого не номинирует. Это журналистская спекуляция. До последнего момента никто не знает. Если Памука предсказывали многие, то Пинтер не попадал даже в предполагаемые списки, обсуждаемые в прессе. Это замечательно, когда премия валится на голову. Все остальные – розыгрыши, предмет для всевозможных спекуляций и злоупотреблений. Нобелевская премия тоже бывает несправедлива. Потому что это человеческий выбор. Есть много достойных писателей, не получивших Нобелевскую премию. Набоков, Борхес.
Текст на сайте: http://www.vz.ru/culture/2007/2/5/67175.html

Обнимаю, Алеша

Люда, если ты не знаешь, то месяца 2 назад Толстой на Свободе раскрыл свои исследования о роли ЦРУ в получении премии Пастернаком. Его никто и не собирался опровергать, но скандал всё же был. Можешь посмотреть "Свободу". .
Таврову завтра напишу.
Целую, Алеша

Start | My MSN | Hotmail | Search | Shopping | Messenger | People & Groups Feedback | Help
© 2007 Microsoft TERMS OF USE Privacy Statement Anti-Spam Policy


------


Happy birthday my tender Luda!‏

From: alexei parshchikov (synti...@netcologne.de)
Sent: Thursday, May 30, 2002 8:34:39 PM
To: Ludmila Khodynskaia (poetry...@hotmail.com)


Luda, my best, nifty, star-like and a friend for real!

Happy birthday!

Wish you many mysterious connections and love. And your boooooooooook!

I'm going to Moscow soon. I missing Russian capital very much. There are
plenty American poets and translators right mow, fabulously interesting
life. But most of all is significant for me to read out the proofs of the
anthology 'Eryomenko, Zhdanov, Parshchikov". 100 pages from each. The
biggest quantity of copies among poetry issues since 1991. Sounds awesome.
Could be unique book, anyway an evidence of a cultural generosity (comp.
Anthologies of Italian Hermetics and so on).

Just exhausted to live alone too. Why should I and how far?

Love, love, love -- mad kisses, Alyosha


--------
Светлой памяти друга Алексея Парщикова

В ночь со 2-го на 3-е апреля 2009, в Германии, в клинике, после продолжительной болезни скончался Алексей Парщиков.

Ушёл из жизни гениальный поэт, мой старый друг, замечательный, чуткий, очень добрый человек, который мне был близок духовно и поэтически. Мы дружили почти 30 лет, сначала в Москве, впервые встретившись в Литературом институте, а в последние 10 лет Алеша приезжал часто в гости в Амстердам ко мне и нашему общему другу Маринне Схутте. Фактически, Алексей Парщиков был одним из очень немногих друзей, с кем я поддерживала непрерывное общение, встречаясь, созваниваясь, и постоянно переписываясь.

Мне трудно поверить, я не могу поверить, что Лёша умер. В мае ему бы исполнилось 55 лет.
За последние пару лет он перенес несколько операций. Последнее время почти не мог разговаривать.

Мы виделись последний раз год назад в Амстердаме, он приезжал на научно-литературную конференцию "Сияющий авангард", где проходила презентация моего поэтического сборника "Маскарадад Близнецов", к которому Алексей Парщиков написал предисловие,.. я, выступая с чтением своих стихов, прочитала и стихи Лёши, поскольку после недавней перенесённой операции он ещё не мог разговаривать. Значительная часть того моего выступления на конференции состояла из рассказа о том, какое сильное влияние оказала поэзия Алексея Парщикова в конце 20-го века на многих поэтов, и далеко не один известный русский поэт называет Парщикова своим учителем в поэзии. После выступлений мы все вместе - Алёша с Катей, Андрей Тавров, Саша Давыдов, Вадим Месяц, Флюр ван Колен, Марианна Схутте, Виллем Вестстейн и я сидели в писательском кафе, ужинали, разговаривали, фотографировали друг-друга. Потом гуляли по вечернему Амстердаму и Леша писал в блокноте (так он с нами общался из-за отсутствия голоса), что он счастлив, этот приезд его первый выход после болезни.
Последняя весточка от него была несколько недель назад, я получила от Алексея письмо по электронной почте, он писал, что мы ещё устроим продолжение "Маскарада Близнецов"... Алёша был рожден под знаком Близнецы, написал предисловие, к моему сборнику "Маскарад Близнецов", и стихотворение "Близнецы" в этом моем сборнике я посвятила Алексею Парщикову.

Я плачу сейчас. Набираю номер домашнего телефона Лёши в Кёльне, чтобы сказать слова соболезнования и утешения его жене Кате с сынишкой Матвеем и родителям, но там автоответчик с когда-то записанным голосом Лёши...

Прощай, Алёша, дорогой мой светлый друг.

Ты будешь всегда в наших сердцах. Ты будешь всегда в русской поэзии.

Людмила Ходынская

3 апреля 2009

Амстердам


На фотографии Алексей Парщиков справа.


 

Все на фотографии: Флюр ван Колен в центре на переднем плане, далее слева направо -
Вадим Месяц, Андрей Тавров, Людмила Ходынская, Александр Давыдов, Катя Дробязко, Алексей Парщиков, Марианна Схутте.

Эта фотография была сделана на мою камеру Виллемом Вестстейном в писательском кафе "Схелтэма", в Амстердаме, 22 апреля 2008 года. Это то что сейчас под рукой из фотографий с Алёшей.

==================================================================================



АЛЕКСЕЙ ПАРЩИКОВ


LUCY IN THE SKY WITH DIAMONDS *


Еще до взрыва вес, как водоем,
был заражен беспамятством, и тело
рубахами менялось с муравьем,
сбиваясь с муравьиного предела.

Еще до взрыва - свечи сожжены,
и в полплеча развернуто пространство;
там не было спины, как у Луны,
лишь на губах собачье постоянство.

Еще: до взрыва не было примет
иных, чем суховей, иных, чем тихо.
Он так прощен, что пропусает свет
и в кулаке горячая гречиха.

Зернился зной над рельсом и сверкал,
клубились сосны в быстром опереньи.
Я загляделся в тридевять зеркал.
Несовпаденье лиц и совпаденье.

Была за поцелуем простота.
За раздвоеньем - мельтешенье ножниц.
Дай бог, чтобы осталась пустота.
Я вижу в том последнюю возможность.

Хоть ты, апостол Петр, отвори
свою заледенелую калитку.
Куда запропастились звонари?
Кто даром небо дергает за нитку?
----

* Люси в алмазном небе (англ.).


* * *


О,САД МОИХ ДРУЗЕЙ

О, сад моих друзей, где я торчу с трещеткой
и для отвода глаз свищу по сторонам,
посеребрим кишки крутой крещенской водкой,
да здравствует нутро, мерцающее нам!

Ведь наши имена не множимы, но кратны
распахнутой земле, чей треугольный ум,
чья лисья хитреца потребует обратно
безмолвие и шум, безмолвие и шум



* * *


Из книги стихов А.Парщикова «Фигуры интуиции»


-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------





9-й день 
со дня смерти поэта Алексея Парщикова.


Девять дней, сегодня, 12-го апреля, минуло со дня смерти Алёши Парщикова,.. поминали его в Амстердаме с Марианной Схуте и другими друзьями, знавшими Алёшу.
Последние 10-12 лет он приезжал в Амстердам не редко ко мне в гости и нашему общему другу Марианне Схутте. В один из приездов Алексей подарил мне его книжицу "Парщиков - Курицин переписка", со следующим разъяснением: да, переписка, но особенная, вот увидишь, Курицин там классный, мои тексты как-то так, не знаю, а Курицина прочитаешь, это втыкает". Я днями на страницу Вяч. Курицина в ЖЖ случайно зашла по откуда-то ссылке всвязи с его некрологом на смерть Парщикова, и, прочитав, сразу же вспомнила об этих Алёшиных словах, о том, как он рекламировал, но не себя, а друга. Лёша был счастливо одарён дружбой людей. 
За пятнадцать последних лет при множественных Алёшиных приездах в Амстердам он не однажды приходил ко мне в гости со своими друзьями, приезжавшими к нему в Кёльн со всех концов мира. В один из таких приездов Алеша пришёл с Михаилом Эпштейном, своим давнишним, с еще киевских времен другом, приехавшим к нему в Кёльн из Америки.  Мы сидели в моем саду, обсуждали всемирную поэтическую жизнь, как бы глядя на то из трех географических точек и культур, намеренно избегая упоминаний о скучных околопоэтических московских сборищах, или, как говорят, тусовках. Был волшебный июньский вечер 1999 го, было милое, радостное общение с мечтами о возможных поэтических  проектах. Помню хорошо один момент того вечера, когда Парщиков, как то выделившись из общего разговора, стал рассказывать об одном американском, встреченном им однажды в Нью-Йорке поэте, и незаметно вся компания смолкла и слушала его занимательный, об этой, интересной для Алёши встрече, рассказ. Потом, днями позже, мои местные русские друзья, бывшие тоже у меня в гостях тем вечером, сказали мне, как они были очарованы Алёшей с его магнетически притягательным даром рассказчика. .
Я с Алексеем Парщиковым не однажды вместе выступала с чтением стихов в Москве и Амстердаме, последние из них были: в Европейском центре науки и искусства в рамках моего проекта в декабре 2000-го, потом в 2006-м мы вместе участвовали в совместной с двумя голландскими художниками экспозиции "Слово в образе - образ в слове". 22 апреля 2008 года он приехал на конференцию в Амстердам, на презентацию моего нового сборника стихов "Маскарад Блинецов", к которому он написал предисловие, и в котором было опубликовано посвящённое ему стихотворение "Близнецы". Там, на своем выступлении я читала также и стихи Парщикова, он не мог разговаривать после очередной операции. Это был последний раз, когда я видела Алёшу живым.

Это всё ещё странно, и странным будет всегда, что его уже нет рядом с нами.
Ощущение нереальности происходящего, это было заметно, присутствовало у всех, пришедших проводить в последний путь родного человека и друга. Будто сейчас перформанс закончится с окончанием этой аллеи древнего кёльнского кладбища, по которой мы идём и рассматриваем внушительных размеров арт-сооружения склепов и надгробий, выполненных в "Юген-штиль", мастерски вписанных временем в общую картину древнего парка, содержащегося в красивой строгости и ухоженности, сюда даже водят экскурсии, так много известнейших миру имён здесь нанесено на надгробные плиты. И вот мы подошли к могиле, где на кресте надпись Aleksei Parstchikov.

Много о нём будут писать, будут подражать его поэзии,
сиюминутные писаки будут тарахтеть о новом поэтическом взгляде в поэзии Парщикова, имея ввиду приспособить под свои шкурнические нужды это ничего не значащее, размытое определение. Никаким новым поэтическим зрением поэт Парщиков не обладал, как и ничто не ново под луной. А обладал он исключительно особенным поэтическим зрением,  "особенный поворот хрусталика зрачка", так он сам не однажды объяснял своё поэтическое видение. Что его, как поэта, выбивает из любого ряда определений в поэзии и ставит на только одно, его неповторимое единственное место, которому не может быть дано какое-либо клише-определение, но лишь отведено его собственное, отдельное место. особенное. И это особенное место имеет лишь одно объяснение - ничего не объяснять, что есть безусловная свобода поэтического видения. В чём, собственно, и есть тайна поэзии. И что есть сугубо штучный факт. Ведь особенность включает в себя и новое и старое, конечное и неконечное, определенное и свободное. А всё это уже нельзя загнать ни в какие тусовочные, кому-то нужные термины. Хотя пытаться это делать, надо понимать, все равно будут разные заинтересованные поживиться личности..  
В Алёшу Парщикова были все влюблены, как можно быть влюблённым только в талант. Даже просто присутствие Алёши давало ощущение вдохновленности. Всё обретало в его присутствии некий живительный круговорот. Мне Лёша сказал в позапрошлом году только одну простую фразу в нашем разговоре о моих стихах - "Надо опубликовать книгу", затем не задумываясь дал телефон издателя, написал предисловие и через несколько месяцев сборник моих стихов прибыл ко мне в Амстердам для презентации на научно-литературной конференции "Мерцающий авангард" в Университете Амстердама. Такая лёгкая, закруживающая, импровизирующая повороты судеб сила жила в этом, в общем-то, негромком, не бузившем о себе, как о мессии человеке. Но имевшем, кстати говоря, последователей в поэзии и учеников,.. эти несколько поэтов, сами назвали себя в поэзии учениками Алексея Парщикова, но Алёша никогда не приписывал в свои ученики никого сам.
Некоторым друзьям Алёши, я знаю, трудно говорить об ушедшем навсегда близком друге. Мне написал его давний друг, писатель Александр Давыдов - "все оглушены известием о смерти Парщикова".

После похорон в Кёльне, на поминках, на столике у стены стоял тот же портрет Лёши, что и у его гроба при отпевании. - это фотография, сделанная за 3 года до смерти Алёши в его доме. Рядом с портретом гранёный стаканчик с водкой, завершённый ломтиком черного хлеба. Алёша здесь, сейчас с нами.
Друзей было много, был первый сын Алексея, Тимофей с матерью. Были Женя Дыбский, и Игорь Ганиковский. И речи друзей, сердечные, и будто с ожиданием чуда, что сейчас всё же войдёт Алёша в комнату, и окажется, что это розыгрыш, что он не ушёл навсегда. Неестественно как-то было, речи по отношению к Парщикову, и я сказала, давайте стихи,.. Ольга, прочти Алёшины стихи. Я не успела произнести название этого стихотворения, как Оля Свиблова начала - "О, сад моих друзей...", я подхватила, мы подхватили все, читали его стихи...

Далеки звёзды в небе, но одна из них живёт непременно рядом с вами здесь на земле.




-----------------------------------------
© Copyright: Умер Алексей Парщиков, 2009
Свидетельство о публикации №1904036494

Profile

lu_khodynskaya
Людмила Ходынская
Людмила Ходынская

Latest Month

November 2013
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by phuck